После начала полномасштабной войны в Украине отношение петербуржцев к книгам стало другим: цензурные ограничения усилились, а в городе стало больше книжных клубов. За последний год в индустрии тоже многое изменилось: например, власти изменили закон о маркировках, и теперь даже некоторые классические книги продаются в непрозрачной упаковке.
«Бумага» поговорила об этом с представителями трех независимых петербургских книжных магазинов: «Все свободны», «Даль» и «Конец прекрасной эпохи».
Каждый магазин занимает свою «нишу». «Даль» фокусируется на философской литературе (в том числе консервативной направленности), «Конец прекрасной эпохи», книжный магазин и бар при музее «Полторы комнаты» Иосифа Бродского, уделяет особое внимание своему главному герою, а во «Все свободны» покупателей ждет авторский ассортимент гуманитарного нон-фикшна, научпопа, андеграунда, контркультуры и не только.
Каждому книжному — свое издательство
При каждом из этих книжных существует собственное издательство. В разговоре с «Бумагой» представители магазинов упомянули, что такое решение можно назвать «трендом последних лет».
— Уже есть аудитория со сформированным спросом, на который можно реагировать изданиями. К тому же книги, которые ты сам издал — дешевле для покупателя и прибыльнее для магазина. В современных экономических условиях книжных магазинов — это хорошее подспорье, — пояснил Данила Савоненков, маркетолог книжного «Даль».
Куратор книжного направления «Полутора комнат», Анна Мельникова, отметила, что активнее всего у них покупают книги собственного издательства. Куратор отдельно выделила главные хиты: эссе Иосифа Бродского «Полторы комнаты» и «Диалоги с Иосифом Бродским» Соломона Волкова.
Владелица магазина «Все свободны» Любовь Беляцкая тоже отметила интерес покупателей к книгам издательства при магазине.
Поиски Бога, Гегель-эзотерик и рефлексия нацистской Германии — эти книги сейчас покупают в Петербурге
Говоря о том, какую литературу предпочитают петербуржцы и как изменились читательские предпочтения, Любовь Беляцкая отметила: «За последний год мы заметили явный сдвиг в сторону художественной литературы. Если раньше был заметен устойчивый интерес к нон-фикшну — истории, политике, психологии, — то сейчас читатели всё чаще выбирают художественные книги. Отдельный заметный тренд — возвращение интереса к большим литературным формам и классике: например, мы видим большой интерес к “Одиссее” (возможно, интерес к произведению Гомера связан с недавней премьерой фильма Кристофера Нолана – прим. “Бумаги”). Также продолжает расти внимание к азиатской литературе и книгам о разных культурах».
Данила Савоненков из книжного «Даль» рассказал, что судить об общих трендах, отталкиваясь от их ассортимента сложно, так как в магазине представлена прежде всего философская литература, однако несколько позиций все же пользуются особенным спросом:
Данила Савоненков
маркетолог книжного «Даль»
— В топе продаж книги нашего издательства «Умозрение» монументальный сборник статей «Существования Бога? Современные позиции и подходы» под редакцией Евгения Логинова, «Гегель и герметическая традиция» Александра Гленна Мэги и «Разрушение разума» Георга Лукача.
«Существование Бога?» — абсолютный хит наших продаж, где под одной обложкой собраны статьи большинства известных мыслителей нашего времени о доказательстве Бога. Экстравагантное исследование американского исследователя Мэги стремится доказать, что классик философской мысли Гегель на самом деле находился под влиянием эзотеризма и мистицизма. А труд венгерского мыслителя Лукача посвящён тому, как в Германии возникла иррационалистической мысль, в итоге приведшая немцев к нацизму.
В топе продаж — букинистика и мягкие обложки
Еще один тренд, который отметили все собеседники «Бумаги» — рост спроса на книги в мягкой обложке и букинистику.
Анна Мельникова
куратор книжного направления «Полутора комнат»
— Наверное, на многих читающих людей повлияло значительное повышение цен на книги: сравнивая продажи разных лет, я вижу, как гости стали чаще отдавать предпочтение более дешевым изданиям и букинистике. С чем это связано — очевидно: покупательная способность за последние несколько лет упала.
Анна также рассказала, что рост спроса на букинистику продолжается уже несколько лет, в связи с чем она уделяет этому направлению особое внимание, подбирая хорошие и редкие старые книги.
В феврале этого года представитель одного из петербургских издательств объяснял «Бумаге», что цена на книги растет из-за дефицита оборудования и бумаги. Их перестали ввозить в Россию из-за санкций, а полных аналогов так и не разработали.
Закон о маркировках изменили, но больших сложностей с этим у книжных нет
С 1 марта 2026 года в России действует требование об обязательном нанесении специальной маркировки на книги, содержащие любые упоминания «о наркотических средствах, психотропных веществах, их аналогах или прекурсорах».
Собеседники «Бумаги» заявили, что особых сложностей с маркировками у них не возникает — этим вопросом преимущественно занимаются издательства, в магазины книги приезжают уже с нужными маркировками и упаковкой.
Любовь Беляцкая уточнила, что процесс стал понятнее за последний год, а «рынок адаптировался и выстроил рабочие механизмы». Ранее книжным магазинам приходилось самостоятельно маркировать книги, которые уже поступили к ним от издательств, сейчас литература приходит с необходимыми маркировками и в непрозрачной упаковке. Те же самые требования, например, применяются и к книгам, написанным «иностранными агентами».
«Моим коллегам остается только обратить внимание на такие книги во время разбора новой поставки и доступно донести до гостя, почему ту или иную книгу мы не можем для него распаковать» — добавляет к этому Мельникова.
Фото на обложке: «Бумага»
Что еще почитать:
Какие премьеры покажут петербургские театры в новом сезоне? Волкострелов в МДТ, пьеса без диалогов и футуристическая опера.
«Величие женщины привязывают к тому, за какого мужчину она вышла замуж». В соцсетях критикуют выставку Русского музея «Великая». За дело?
На крыше Новой сцены Александринки открыли общественное пространство. Там можно послушать лекцию, посмотреть спектакль и выпить игристого.
